В 2025 году Россия пережила парадокс микромобильности: общее число ДТП с участием средств индивидуальной мобильности (СИМ) снизилось на 26%, однако смертность выросла на 25,9%, унеся 68 жизней. Это означает, что каждая авария стала фатальнее. Особенно остро проблема стоит в Сочи, где курортная эйфория накладывается на уязвимую городскую среду, а отсутствие базовых барьеров для доступа превращает СИМ в источник повышенной опасности.
На узких односторонних улицах вроде Пионерской или Лизы Чайкиной сформировался устойчивый трафик из арендованных самокатов, движущихся против хода. Правовая коллизия усугубляет ситуацию: для управления СИМ не требуется ни водительское удостоверение, ни предварительное медосвидетельствование. Как следствие — опасные рецидивы. В 2025–2026 годах в Сочи и «Сириусе» возбуждены уголовные дела по ст. 264.1 УК РФ в отношении граждан, управлявших мощными самокатами в состоянии опьянения, уже будучи лишенными прав. В ответ на критику операторы делают ставку на технологический патернализм. Генеральный директор Whoosh Андрей Чуйко уверяет, что проблема решается прошивкой: «Мы внедрили медленные зоны и зоны запрета, увеличили их более чем вдвое. Попадая в такую зону, самокат отключается. Мы делаем самокат, который сам понимает, где он — на дороге или на тротуаре, в потоке или один, когда проезжает переход».
Однако делегирование контроля «черному ящику» вступает в противоречие с физикой выживания. Алгоритм оперирует геоданными, но не понимает концепции крайней необходимости. В критической ситуации, когда нужно экстренно ускориться, чтобы уйти от удара, принудительное ограничение скорости лишает человека возможности маневра. «Алгоритм не знает, что машина нарушает, что из переулка вылетел пьяный, что тормозной путь на мокром асфальте вырос втрое. Она знает координаты», — и когда система решает «здесь медленно», ей безразлично, что пользователь меняет скорость на жизнь.
Отдельный вызов — эстетика и этика городского пространства. Брошенные на тротуарах, тактильной плитке и в придорожных кустах самокаты превратились в визуальный шум и санитарную проблему, делая городскую среду враждебной для пешеходов. Опыт Парижа здесь показателен: «Ирония в том, что именно забитые парковки и падение доступности стали двумя ключевыми причинами, по которым Париж полностью запретил кикшеринг». Жесткие ограничения убивают бизнес-модель, но их отсутствие разрушает пешеходную инфраструктуру.
Европа пошла по пути жесткого административного регулирования. Во Франции, где смертность на СИМ выросла на 120%, полиция практикует конфискацию разогнанных самокатов на месте, а с августа 2026 года в Париже введены обязательные шлемы и светоотражающая одежда под угрозой штрафов. В Германии нормы содержания алкоголя в крови для водителей СИМ приравнены к автомобильным, а с 2027 года вводятся обязательные поворотные сигналы и усиление ответственности владельцев.
Российский подход, опирающийся на саморегулирование рынка и «умные» функции приложений, демонстрирует свою неэффективность. Алгоритм не остановит пьяного пользователя и не заменит институт ответственности. Эпоха наивного восприятия микромобильности закончилась. Безопасность в городе достигается не нейросетями в прошивке, а четкими правилами, неотвратимостью наказания и безусловным приоритетом пешеходной среды.
ФОТО: МИБ РФ
