Трагедия, которая разворачивается на наших глазах: варварские обстрелы стирают с лица земли многовековую историю. 11 июня 2026 года в пресс-центре «Россия сегодня» эксперты собрались, чтобы обсудить, как спасти то, что еще можно сохранить. Поводом для встречи научно-практической конференции «Память под огнём», организованной Российским историческим обществом, стал свежий и болезненный удар — накануне ВСУ атаковали знаменитую панораму Франца Рубо «Оборона Севастополя 1854–1855 годов». Однако это лишь один из эпизодов масштабной войны против культуры России: на сегодняшний день от снарядов и дронов противника пострадали как минимум 300 российских памятников, храмов и монастырей. Как цифровые технологии помогают фиксировать утраченное и почему враг методично бьет по нашим историческим корням — в подробностях мероприятия.
Участники конференции обсудили вопросы выявления и фиксации пострадавших памятников, применения цифровых технологий для сохранения сведений о разрушенных зданиях и храмах, а также реальные перспективы восстановления утраченного. Тема оказалась до боли актуальной, ведь прямо перед мероприятием вражеский удар пришелся по особо ценному объекту культурного наследия — панораме «Оборона Севастополя 1854-1855 годов» кисти Франца Рубо. Произошедшее прокомментировала председатель отделения Российского исторического общества в Севастополе, заместитель председателя Комитета Совета Федерации по науке, образованию и культуре Екатерина Алтабаева: «Вчера в 2 часа 48 минут в Севастополе произошла трагедия, которая является болью не только севастопольцев, но и всех россиян. Беспилотник с кумулятивным зарядом пробил крышу исторического здания музея-панорамы. Такой заряд предназначается только для бронированной техники, а это объект культурного наследия, который совсем недавно был отреставрирован. Мы готовились к тому, что закончится реставрация полотна панорамы, и этот объект культурного наследия будет введён в строй. Обломки падали вниз, горели конструкции, горело полотно панорамы. В результате внутри здание уничтожено полностью». Екатерина Борисовна рассказала, что пожару была присвоена четвертая степень сложности. Локализовать его удалось только к часу дня, а полностью потушить — спустя сутки, в 8 часов утра. «В тушении пожара принимало участие не менее 100 спасателей МЧС. Мы понимаем, что удары беспилотником с таким зарядом не могут быть случайными. Это совершенно точно целенаправленный удар по объекту культурного наследия», — подчеркнула она.
Удар по Севастополю — лишь часть систематической войны против российской истории. В результате обстрелов противника на территории России пострадали уже как минимум 300 объектов культурного наследия, среди которых множество монастырей и храмов. Об уничтоженных церковных зданиях, переживших не одну войну, рассказал член Правления Российского исторического общества, заместитель исполнительного директора фонда «История Отечества» Андрей Кохан: «Через два года свои 250-летия будут отмечать Мариуполь, Бахмут, ныне —Артёмовск Донецкой Народной Республики, и ещё порядка 15 населенных пунктов, куда при Александре Васильевиче Суворове были выведены крымские греки. Практически в каждом из этих сёл находились деревянные храмы. То есть мы говорим про юг, юго-запад Российской федерации. В четырёх из них до прошлого года продолжали существовать деревянные храмы, построенные в самом начале XIX века, которым было практически по 250 лет. Эти храмы перестояли войну 1812 года, Великую Отечественную войну. На данный момент не осталось ни одного из них».
Чтобы зафиксировать все эти преступления и подготовить базу для будущего восстановления, Российское историческое общество при поддержке Президентского фонда культурных инициатив реализует масштабный проект «Память под огнём: объекты культурного наследия, пострадавшие от преступных действий киевского режима». В его рамках будет создан мультиязычный портал с фотографиями, архивными документами, картами и другими материалами. Также планируется вести постоянный визуальный и технический мониторинг состояния поврежденных объектов.
Возвращаясь к трагедии в Севастополе, член Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека, член Центрального совета ВООПИК Константин Михайлов провел исторические параллели между покушениями на панораму в 1942 и в 2026 годах: «Это не совпадение. Всегда вот в такие лихие годины враг бьёт по устоям общества, по национальной памяти, по символам этой памяти, по символам страны, по главным её сооружениям. Панорама «Оборона Севастополя» — это не просто художественный музей, куда можно зайти и посмотреть на картины. Это одна из ключевых точек национальной героической памяти, связанной с крупными военными событиями, когда Россия противостояла целой коалиции европейских держав».
Вице-президент Российского национального комитета ИКОМОС, заместитель директора — руководитель отдела всемирного наследия и международного сотрудничества Института Наследия Надежда Филатова отметила, что международные механизмы защиты памятников существуют давно, но на практике они часто бессильны. Особенно уязвимы здания и памятники, оказавшиеся в эпицентре боевых действий: «Мы можем сказать, что международные механизмы, конечно, имеются, и они действуют для объектов культурного наследия. Но, к сожалению, не всегда удаётся их спасти, и по многим объектам есть утраты, есть повреждения. Не всегда есть адекватная договаривающаяся сторона, которая могла бы соблюдать эти правила, в том числе правила Гаагской конвенции».
Российские эксперты знают об этой проблеме не понаслышке. Еще 10 лет назад, в ходе вооруженного конфликта в Сирии, отечественные специалисты оказывали серьезную помощь местным ученым по фиксации и сохранению исторических памятников. Одним из непосредственных участников той работы стал ведущий научный сотрудник Института археологии Российской академии наук Шахмардан Амиров: «В 2016 году была собрана экспертная инициативная группа по линии Министерства обороны. Мы определяли степень возможного восстановления памятников, которые были разрушены на территории Пальмиры. То, что мы увидели, было сродни просто катастрофе: мы увидели на месте храма Баала каменную крошку и было очевидно, что восстановлению храм не подлежал. С какой целью был разрушен этот памятник? Цель одна — нарушить преемственность культур, на которой мы стоим. Разрушив её, очень легко диктовать свои собственные воззрения».
Конференция «Память под огнём» показала, что речь идет не просто о стенах и куполах, которые можно отстроить заново. Удары по храмам, музеям и панорамам — это осознанная попытка стереть культурный код, разорвать связь поколений и лишить народ его истории. Но именно поэтому работа по фиксации каждого разрушенного объекта, оцифровке архивов и созданию единой базы утраченного наследия сегодня становится не просто научной, а по-настоящему фронтовой задачей. Каждое сохраненное фото, каждый восстановленный чертёж, каждая запись в мультиязычном портале — это ответ на попытку уничтожить память. И пока эта память жива в документах, свидетельствах и сознании людей, у истории есть шанс быть восстановленной.
ФОТО: Пресс-служба РИО, tvzvezda.ru
